Правда о Катыни
: Главная : : Новости : : Содержание : : Вопросы и ответы : : Форум : : О проекте :


 Поиск 

 Содержание 
Введение
Официальные документы
Версии
Свидетельства
Публикации
Места захоронений

 Партнёры 

Интернет-магазин Делократ.Ру - Правильные идеи по доступным ценам

 Сервис 
Расширенный поиск
Ссылки
Форум

 О сайте 
Сайт http://katyn.ru «Правда о Катыни. Независимое расследование» – является интернет-ресурсом международного проекта «Правда о Катыни», созданного для выяснения истинных обстоятельств одного из самых загадочных и противоречивых эпизодов Второй Мировой войны – Катынского расстрела. Более подробно о целях проекта можно прочитать в разделе сайта «О проекте».
Наш контактный e-mail: info@katyn.ru

В оформлении дизайна сайта использованы фотоматериалы из книги «Amtliches Material zum Massenmord von Katyn» (Berlin, 1943) и фотографии из архива Алексея Памятных.

 Статистика 







 Содержание 
Начало раздела > Места захоронений > Куропаты

Михаил Позняков. Я - очевидец, я - живой свидетель. “Вечерний Минск”. 2 августа 1991 г.


Я — ОЧЕВИДЕЦ, Я — ЖИВОИ СВИДЕТЕЛЬ

В ПОСЛЕДНЕЕ время в республиканской и союзной печати появился ряд публикаций о Куропатах, в которых ставятся под сомнение выводы правительственной комиссии о том, что в том урочище покоятся жертвы НКВД. В материале за 26 июня об этом рассказал и “Вечерний Минск”. Редакция в продолжение разговора решила дать слово следователям, которые в свое время вели это дело. Интервью с ними выйдет в одном из ближайших номеров. Сегодня публикуем письмо ветерана Великой Отечественной войны М. И. Познякова, в котором он утверждает, что был свидетелем расстрела в конце лета 1941 г. В урочище, именуемом ныне Куропатами. Вчера он побывал там и указал место описываемых событий. Стиль письма автора сохранен.

Я, бывший подпольщик г. Орши, партизан-разведчик отряда дяди Кости Заслонова, Позняков Михаил Иванович, в августе 1941 года, после подрыва немецких транспортных средств на установленных нашим отрядом с моим участием на Савенском шоссе минах, вместе с отцом и двумя родственниками был арестован немцами и заключен в тюрьму города Орши. В камере было полным-полно народа. В основном были евреи. В камере могли только стоять. Двое суток нам не давали ни воды, ни пищи. Затем погрузили в вагоны-“телятники”. Евреев отдельно, а нас, русских и белорусов (120 человек), загнали в два вагона. Вначале мы думали, что везут в Германию. Однако нас привезли на северо-восточную окраину города Минска.

А откуда я знаю, что это “Куропаты”? Так это место называл командир латышского легиона.

Получилось так. Нам в тюрьме ни воды, ни еды не давали. И когда везли в вагоне, то тоже не давали. Я стал говорить, чтобы нам дали воды и кушать. И вот подбежал ко мне мужчина в немецкой форме, в хромовых сапогах, а на боку кобура с наганом. И закричал на меня по-латышски, что я хочу. Я знал латышский язык и ответил, что хочу кушать... Он и называл это место “Куропатами”. Знание латышского языка спасло меня и в последующем.

Этот их главный командир доставал и показывал нам деньги золотые, пятерки и червонцы (николаевские) и коронки золотые, и зубы. Офицер, гестаповец или эсэсовец, увидел, подошел к нему, рассматривал. Затем вынул из сумки кожаный мешочек и ему показывал тоже золотые деньги, коронки, зубы, часы, браслеты... А вооружен был весь этот латышский батальон советским оружием: наганы, карабины, автоматы.

Нас, белорусов и русских, заставили рыть ямы и оборудовать землянки. А люди из второго вагона копали ямы для могил.

Вначале евреев перед расстрелом раздевали. А затем снимали только хорошую одежду. Раненых “легионеры” подходили и добивали из наганов и карабинов. Напоследок давали очередь из автоматов. Затем нас заставляли зарывать могилы. А мертвые копошились, вернее расстрелянные евреи еще были живы...

После приезда в урочище нас заставили вбивать колья и натянуть металлическую сетку. Это была ограда, чтобы мы не убежали. Тот главный латышский командир подходил и разговаривал со мной на латышском языке. Он сказал, что после расстрела евреев нас всех (120 человек) тоже расстреляют. Свидетели им не нужны. Однажды он сказал мне: “Иди и говори своему отцу, брату и сродственнику, чтобы шли к часовому”. А часовому он сказал, чтобы тот поднял сетку и выпустил нас. Потому мы все четверо остались живыми. А возвратившись в г. Оршу, я доложил обо всем своему председателю Оршанского подпольного комитета дяде Саше Сковороде. Всем подпольщикам об этом рассказывал. И когда стал партизаном, то и партизанам мы все четверо рассказывали о виденных ужасах.

В тот раз, когда евреев в “Куропатах” расстреливали, я от страха стал лысым вообще. Узнав о “Куропатах” из публикаций, я изложил письменно всю правду и направил письмо первому заместителю Председателя Верховного Совета БССР т. Шушкевичу С. С. Но как это письмо оказалось потом в прокуратуре г. Майкопа, я до сих пор не знаю.

Ко мне уже трижды приходили двое, говорили, что из Белоруссии. Угрожали, требовали, чтобы я отказался от своих слов, явился в прокуратуру БССР и изменил показания. А иначе обещали изъять материалы из архива о моей подпольной работе в г. Орше и партизанской борьбе. Говорили: “Еели ты этого не сделаешь, то мы тебя вообще уберем”. Последний раз ко мне домой приезжали 25 июля 1991 года. Проживаю я постоянно в Майкопском районе Краснодарского края.

М. И. ПОЗНЯКОВ

“Вечерний Минск”, 02.08.1991


Материал переведен в электронный вид и предоставлен редакции "Правды о Катыни" Михаилом Батурицким (Минск).


Дата: Понедельник, 20 Ноябрь 2006
Прочитана: 4417 раз

Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Вернуться назад