Правда о Катыни
: Главная : : Новости : : Содержание : : Вопросы и ответы : : Форум : : О проекте :


 Поиск 

 Содержание 
Введение
Официальные документы
Версии
Свидетельства
Публикации
Места захоронений

 Партнёры 

Интернет-магазин Делократ.Ру - Правильные идеи по доступным ценам

 Сервис 
Расширенный поиск
Ссылки
Форум

 О сайте 
Сайт http://katyn.ru «Правда о Катыни. Независимое расследование» – является интернет-ресурсом международного проекта «Правда о Катыни», созданного для выяснения истинных обстоятельств одного из самых загадочных и противоречивых эпизодов Второй Мировой войны – Катынского расстрела. Более подробно о целях проекта можно прочитать в разделе сайта «О проекте».
Наш контактный e-mail: info@katyn.ru

В оформлении дизайна сайта использованы фотоматериалы из книги «Amtliches Material zum Massenmord von Katyn» (Berlin, 1943) и фотографии из архива Алексея Памятных.

 Статистика 







 Содержание 
Начало раздела > Свидетельства > Свидетельства граждан СССР

Валерий Харазов. 9 февраля 2006 г.


Информация о свидетельстве В.И.Харазова

по поводу записки А.Н.Шелепина Н.С.Хрущеву

“Об уничтожении учетных дел, расстрелянных в 1940 г. польских военнопленных” от 03 марта 1959 г. за № 632-ш.

09 февраля 2006 г. в ходе беседы с Валерием Иннокентьевичем Харазовым, близким другом бывшего Председателя КГБ при СМ СССР Александра Николаевича Шелепина, выяснились новые подробности относительно судьбы учетных дел польских военнопленных.

При ознакомлении с цветной электронной копией оригинала записки Шелепина, Валерий Иннокентьевич удивился, почему записка написана от руки, а не отпечатана на пишущей машинке. Подпись А.Н.Шелепина он узнал. Далее Валерий Иннокентьевич задал вопрос о том, было ли принято постановление Президиума ЦК КПСС по данному вопросу? Я показал прилагаемый к записке проект постановления. Валерий Иннокентьевич повторно спросил: “Это - проект, а было ли само решение?”. Я пояснил, что, согласно существующей версии, Хрущев дал устное согласие на уничтожение учетных дел и они, якобы, были сожжены весной 1959 г. Валерий Иннокентьевич подтвердил, что Хрущев по некоторым вопросам, вносимым на Президиум ЦК КПСС, нередко давал устные указания, но в данном случае ситуация была иной.

Необходимо пояснить, что В.И.Харазов с А.Н.Шелепиным дружили со школы. Впоследствии “их встречи и беседы проходили постоянно” [эта фраза уточнена и вписана В.И.Харазовым собственноручно во время согласования с ним текста его свидетельства - прим. В.Н.Шведа]. С 1955 по 1961 гг. Валерий Иннокентьевич работал в партийных органах Казахстана. После его возвращения в Москву и назначения в 1961 г. на работу в аппарат ЦК КПСС “встречи с А.Н.Шелепиным были также регулярными” [эта фраза также уточнена и вписана В.И.Харазовым собственноручно во время согласования с ним текста его свидетельства - прим. В.Н.Шведа]. Часто беседы происходили во время прогулок по московским скверам. В 1962 или 1963 году (В.И.Харазов точно не помнит) во время одной из таких прогулок зашел разговор о Польше. В итоге Шелепин впервые рассказал Харазову, что вскоре (месяца через два) после начала его работы в должности Председателя КГБ, ему доложили, что в 1940 г. в Катыни сотрудники НКВД расстреляли поляков. На подпись Шелепину принесли записку, адресованную Н.С.Хрущеву, с просьбой об уничтожении учетных дел расстрелянных польских военнопленных. Кто был инициатором подготовки данной записки, В.И.Харазов не знает, поскольку катынская проблема была для него в 1962-63 г.г. малоизвестной и он не готов был её обсуждать с А.Н.Шелепиным. Поэтому никаких уточняющих вопросов Харазов Шелепину не задавал.

Шелепин согласился с предложением об уничтожении учетных дел польских военнопленных, так как разделял мнение авторов записки о том, что в будущем “какая-либо непредвиденная случайность может привести к расконспирации проведенной операции, со всеми нежелательными для нашего государства последствиями”. Это и было поводом для упоминания катынской темы в разговоре с Харазовым. Шелепин высказался в том плане, что сохраненные учетные дела в будущем могут нанести серьезный удар по престижу СССР. Расстрел пленных польских офицеров Шелепин считал серьезной ошибкой и вину за него возлагал на своего предшественника И.А.Серова (Председателя КГБ СССР до декабря 1958 г.). Вся информация по “Катынскому делу” Шелепину поступила от подчиненных, которые до этого работали под руководством Серова.

В разговоре А.Н.Шелепин заявил В.И.Харазову о том, что Хрущев, ознакомившись с запиской, отказался дать согласие на уничтожение учетных дел расстрелянных польских военнопленных, заявив, пусть все остается, как есть. В.И.Харазов запомнил этот разговор, так как его поразило, что были расстреляны пленные польские офицеры. А.Н.Шелепин также считал это ненормальным. Вместе с тем В.И.Харазов отметил, что катынской проблеме Шелепин никогда особого внимания не уделял. Он рассматривал её в контексте текущих задач и в беседах не акцентировал. Просто он отметил эту проблему в числе других, по которым советским руководителям следовало бы поступить иначе.

По мнению В.И.Харазова, аналогичное отношение у А.Н.Шелепина было и к беседе-опросу, который провел с ним в декабре 1992 г. следователь Главной военной прокуратуры РФ Яблоков. Шелепин считал это обычной беседой и даже не предполагал, что ту беседу следователь Яблоков впоследствии представит как официальный допрос. Особого значения А.Н.Шелепин ей не придал, так как даже не обсуждал её с Харазовым, хотя они регулярно контактировали до самой кончины Шелепина в октябре 1994 г.

P.S. Валерий Иннокентьевич отметил, что А.Н.Шелепин и его преемник на посту Председателя КГБ В.Е.Семичастный были с комсомольских времен очень близкими друзьями и жили в одном доме.

“Моя беседа с А.Н.Шелепиным по поводу его записки Н.С.Хрущеву от 03 марта 1959 г. изложена верно” подпись_________ (В.И. Харазов).

Москва. 09. 02. 2006 г. Информацию составил В.Н.Швед. подпись________.

Исполнено в 2 экз. по 2 страницы каждый.

Распределено:

Экз. № 1 - В.Н.Швед. Экз.№ 2 – В.И.Харазов.

 

Личный архив В.Н.Шведа. Документ распечатан на принтере. Подлинник.

На оригинальном экземпляре В.Н.Шведа имеются рукописные поправки и уточнения, собственноручно выполненные рукой В.И.Харазова.

Некоторые дополнительные сведения относительно В.И.Харазова и его свидетельства от 9 февраля 2006 г.

Валерий Иннокентьевич Харазов родился 01.11.1918 г.

В 1940-1946 гг. работал на авиационных заводах Казани и Москвы. В 1945 г. заочно окончил Московский авиационный институт. С 1946 г. на комсомольской и партийной работе. В 1961-1967 гг. работал в аппарате ЦК КПСС, в 1967-1978 гг. – вторым секретарем ЦК Компартии Литвы. Депутат Верховного Совета СССР 8, 9 созывов, кандидат в члены ЦК КПСС в 1976-1981 гг.

В настоящее время проживает в Москве. О многолетней дружбе В.И.Харазова и А.Н.Шелепина достаточно подробно рассказано в книге Л.Млечина “Железный Шурик”.

К вышеизложенному в “Информации…” можно добавить некоторые соображения, высказанные В.И.Харазовым в личных беседах.

Валерий Иннокентьевич отмечал, что А.Н.Шелепин, будучи выдвиженцем Н.С.Хрущева, в первые годы: “…буквально боготворил его”. Но к 1962 г. А.Н.Шелепин уже серьезно разочаровался в Хрущеве.

Как вспоминает В.И.Харазов, катынская тема в его разговоре с А.Н.Шелепиным возникла в связи с недовольством Александра Николаевича каким-то очередным непродуманным поступком Н.С.Хрущева в отношениях с Польшей. Естественно, это напомнило Шелепину о “катынских документах”, которые могли в будущем стать (и стали) “миной замедленного действия” в советско-польских отношениях.

Валерий Иннокентьевич также высказал предположение, что если бы катынские документы сожгли в первые несколько лет после ухода А.Н.Шелепина из КГБ, то он наверняка об этом знал бы, так как КГБ с 1961 по 1967 г. возглавлял его близкий друг и сосед по дому В.Е.Семичастный. О доверительных отношениях Шелепина и Семичастного свидетельствует тот факт, что А.Н.Шелепин дал согласие на встречу со следователем ГВП А.Ю.Яблоковым в декабре 1992 г. только в присутствии В.Е.Семичастного.

С учетом информации, сообщенной В.И.Харазовым, следует высказаться относительно позиции А.Н.Шелепина во время его беседы со следователем Главной военной прокуратуры А.Ю.Яблоковым. В ходе этой беседы-допроса он фактически подтвердил уже сложившееся у А.Ю.Яблокова ошибочное мнение о получении им в марте 1959 г. от Н.С.Хрущева согласия на уничтожение катынских документов. Как опытный аппаратчик, повидавший на своем веку немало резких поворотов судьбы, А.Н.Шелепин предпочел в “неопределенном” 1992 году сообщить А.Ю.Яблокову минимально допустимое в той ситуации количество информации и не противоречить общепринятой версии. Тем более, что такая осторожная и уклончивая позиция обеспечивала минимум вопросов лично к нему.

При ответах на вопросы следователя Яблокова А.Н.Шелепин также умолчал о том, что, согласно неписаным правилам советского партгосаппарата, руководитель любого советского ведомства обязан был лично контролировать исполнение сотрудниками указаний, поступивших его ведомству от Первого секретаря ЦК КПСС. Не странно ли при таких обстоятельствах, что архиважнейший для органов государственный безопасности СССР вопрос об уничтожении сверхсекретных катынских документов в марте 1959 г., как утверждается в справке, подписанной 01 июня 1995 г. начальником Управления регистрации и архивных фондов ФСБ РФ генерал-лейтенантом А.А.Краюшкиным, якобы был решен в КГБ на уровне работников архивной службы и без составления какого-либо акта об уничтожении? Такого, по мнению бывших многолетних и высокопоставленных сотрудников КГБ СССР, быть не могло.

Если придерживаться официальной версии, возникает и другой вопрос. Куда исчезли “протоколы заседаний тройки НКВД СССР и акты о приведении в исполнение решений троек”, которые должны были быть сохранены в “особой папке” ЦК КПСС и после уничтожения учетных дел военнопленных поляков? Фраза, случайно оброненная в телефонном разговоре весной 2006 г. бывшим сотрудником Общего отдела ЦК КПСС В.Е.Галкиным, работавшим (в техническом плане) с документами “особой папки” и “закрытыми пакетами” по Катыни, позволяет сделать вывод о том, что он располагает сведениями о том, что часть документов “ОП” и “закрытых пакетов” ЦК ВКП(б) - ЦК КПСС по-прежнему запечатана и находится на спецхранении в архиве Президента РФ (АПРФ). Можно сделать вывод, что в этой связи В.И.Галкин не намерен ни с кем разговаривать на тему “особой папки” и “закрытых пакетов”.

Что именно продолжает храниться в “особых папках” и “закрытых пакетах” в АПРФ, не известно. Однако можно утверждать, что грамотный ввод в научный оборот до сих пор не рассекреченной и поныне находящейся на спецхранении в различных российских архивах информации о важнейших исторических событиях, мог бы существенно укрепить и защитить позиции России в ряде спорных международных вопросов. Но, к сожалению, интересы советско-российской бюрократии по-прежнему важнее общегосударственных интересов и исторической правды.

Всё вышеизложенное позволяет с большой степенью уверенности утверждать, что сведения, сообщенные В.И.Харазовым, являются достоверными, представляют большую историческую ценность и позволяют по-новому взглянуть на многие обстоятельства Катынского дела.

В.Н.Швед, действительный государственный советник РФ 3-го класса


Дата: Понедельник, 03 Июль 2006
Прочитана: 5170 раз

Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Вернуться назад